Актер Лев Дуров был приглашен на в фильм про Хрущева
“Серые волки”. Один из эпизодов фильма снимался в охотничьем
хозяйстве, где с 30-х годов действительно охотились отцы народа.
Там Дуров подружился со старым егерем, служившим еще Сталину.
Оказывается, у каждого “отца” была своя любимая охота и в загонах
хозяйства держали специальных зверей – кому лося, кому лисицу, кому
кабана.
Однажду егерю позвонили от Хрущева, мол, едет “сам” с Хоннекером. Егеря
ахнули: Хоннекер, известное дело, на зайцев любитель, а за день до того
зайцы сделали подкоп и ушли в лес. Хрущев приезжаех и в крик:
- Политику мне портить??? Всех посажу-изничтожу!!!
Тут егеря с перепугу и придумали – взять заячью шкуру, что с прошлого
года на стене висит и зашить в нее кота местного, Ваську, да на
Хоннекера и выпустить. Он не заметит, пальнет, а пока будет после
охоты в бане парится, кролика ему рыночного зажарить.
Хрущев засмеялся. Давай, – говорит, – точно не заметит, немчура!
Стоит Хоннекер на номере, а егеря на него выгоняют кота в заячьей шкуре.
Немец стреляет и промахивается. А я заяц вдруг как замяучит дурным
голосом и одним махом на ближайшую берез взлетел до самой макушки.
Хоннекер ружье выронил, за сердце взялся, на землю сел, и тут прям на
месте инфаркт у него и сделался. Его быстро на скорую и в Москву.
А Никита Сергеевич все же в баню отправился. Раз пять выходил распаренный
и все на верхушку дерева глядел, слез кот или нет… А кот там три дня
проторчал – ни согнать, ни выманить не могли.
